А ОН И НЕ ДУМАЛ, ЧТО КТО-ТО ПРИДЕТ

—С днем рождения. — Дэн протянул Ванессе стихотворение, написанное специально для нее, и прислонился к дверному косяку. — Я хотел подарить его тебе до того, как кто-то придет.

—Не смей говорить «если кто-то придет», — ответила Ванесса. — Они придут.

Ванесса нагнулась над раковиной и стала наносить на губы темно-бордовую помаду «Тиффани». Затем она присела на унитаз и начала громко читать стихотворение:

список того, что любишь ты:

черный

ботинки с металлическим носком

мертвых голубей

грязный дождь

иронию

меня

список того, что люблю я:

сигареты

кофе

тебя и твои яблочно-белые руки

но особенность списков такова

они пропадают неизвестно куда

—Спасибо, — сказала Ванесса, сложила листок и положила в ящик под раковиной, где Руби хранила все свои штуки для волос и макияжа.

Довольно странный ответ на стихотворение, которое, по идее, было горько-сладким.

—Господи, чувак, начни принимать таблетки счастья, — послышался из коридора голос Тиффани. — Как можно писать своей девушке на день рождения стихотворение, которое звучит так меланхолично? — Она отодвинула Дэна с дороги, схватила с раковины тюбик помады и нанесла немного на губы. — Красные розы, синие фиалки. — Она притянула Ванессу к себе и поцеловала в щеку, оставляя жирный темно-бордовый отпечаток губ. А потом поцеловала и вторую щеку. — Детка, ты такая сексуальная с этими поцелуйчиками по всему лицу!

Девушки захихикали и принялись рассматривать друг друга в зеркало. На Тиффани была черная шелковая туника, позаимствованная из гардероба Руби.

—Классная кофта, — кивнула Ванесса.

—Классные штаны, — отозвалась Тиффани. Ванесса взяла у Руби пижамные леггинсы с расцветкой под зебру, и они в общем-то неплохо смотрелись с черной джинсовой мини-юбкой, черной майкой и армейскими ботинками. Получилось нечто среднее между «Блонди» и «Секс Пистолс».

Дэн вышел, думая о том, что Тиффани не мешало бы быть повежливей, да и его стихотворение было предназначено не для ее ушей. Ну и что, если оно не было радостным, милым и веселым? Оно, тем не менее, все равно было любовным стихотворением. И в нем был смысл, если бы только Ванесса попыталась в него вдуматься.

—Я подумала, что сегодня хороший вечер для небольшого пирсинга, — заявила Тиффани.

Ванесса глянула на нее в зеркало. У Тиффани даже уши не были проколоты.

— Правда? А где?

Тиффани ухмыльнулась и грозно сдвинула брови.

— Я не о себе, дурочка. Я говорю о тебе!

В этот момент раздался звонок домофона, и Тиффани, схватив Ванессу за руку, выволокла ее из ванной.

—Я пригласила кое-кого. Ты же не против? — спросила она.

—Конечно нет, — ответила Ванесса, радуясь тому, что удалось отвлечься от темы пирсинга.

Дэн открыл дверь, и в квартиру, не снимая ботинок, ввалилась группа здоровых парней в грязных, заляпанных краской комбинезонах.



—Привет, мальчики, — сказала Тиффани и принесла в комнату свою армейскую сумку. Она была доверху забита бутылками водки «Грей Гуз».

—Это моя команда строителей. Они не особо говорят по-английски, — сказала Тиффани и подала каждому из пришедших по бутылке, взяв одну себе. — Время набраться!

Дэн вышел на кухню — сделать себе чашку классного кофе. От «строителей» несло растворителем краски, и, очевидно, они были такими же психопатами, как и Тиффани. Но, если они не говорят по-английски, то значит, ему не придется разговаривать с ними, а это плюс.

Ванесса не возражала против толпы незнакомых чуваков в своей квартире, по крайней мере, до тех пор, пока они сами себя могут развлечь. В любом случае, происходящее уже было похоже на вечеринку. Ванесса подошла к музыкальному центру и поставила песню группы Руби. Был ее день рождения, и присутствия сестры ей не хватало.

«Обожги мне пальцы, попусти меня!» — вырвался из динамиков голос Руби.

В этот момент с улицы послышались другие, гораздо более мелодичные голоса: «Серена! Я встретил девушку Серену!»

Входная дверь все еще была открыта. На площадке перед ней стоял блондин в сопровождении девяти парней. Они как один были одеты в темно-синие костюмы, галстуки из Йеля, а в петлички у всех были вставлены красные розочки.

—Серена уже здесь? — спросил блондин. Точнее, не спросил, а пропел.

—Н-е-е-т е-ще-е-е, — пропела в ответ Тиффани. Она дала каждому по бутылке водки и спросила: — Вы, ребята, танцуете или только поете?

Дэн на кухне курил сигареты одну за другой и без остановки пил кофе. Вечеринка превращалась в какую-то «Вестсайдскую историю» — команда строителей против певцов. Возможно, не обойдется без драки.

Ванесса села на подоконник и начала снимать людей. Вечеринка уже была в той стадии, когда трудно себе представить, что произойдет дальше.

Входная дверь немного приоткрылась и в комнату заскочила белая обезьянка в красной футболочке с монограммой «П».

—Пупсичек! — закричала Тиффани, схватив обезьянку на руки. — Пьянь спит в кладовке. Но если бы он знал, что ты пришел в гости, то наверняка вышел бы поиграть с тобой.

—Кому сигару? — спросил Чак Басе, размахивая полной пригоршней сигар. — Папин лакей только что привез целый чемодан с Кубы.

Лакей?

«Уиффенпуфов» и строительную команду уговаривать долго не пришлось. Тиффани отнесла обезьянку в кладовку, где, свернувшись на любимом сером свитере Дэна, спал Пьянь.

—И попрошу не обезьянничать, ладно, детки? — сказала она, прикрывая за собой дверь и давая им уединиться. Затем Тиффани повернулась к Ванессе. — А теперь как насчет пирсинга?

Ванесса нервно улыбнулась.

—Ну, я, типа, всегда хотела губу проколоть.

—Заметано! — Тиффани схватила за футболку одного из строителей. — Лед, иголки, водку, спички. В ванну. Пошел, — распорядилась она.

В следующее мгновение в дверях появились державшиеся за руки четыре блондинки в серых футболках Джорджтауна.

—Блер Уолдорф уже здесь? — спросила одна из них.

—Еще нет, — ответила Тиффани так, словно она знала Блер Уолдорф всю жизнь. Она протянула блондинкам по бутылке водки. — Но я делаю пирсинг в ванной, если хотите.

Четыре девушки заинтригованно переглянулись блестящими глазами. Они всегда хотели иметь одинаковые татуировки. Одинаковые проколотые пупки будут даже лучше.

—Мы готовы! — закричали они хором.

Ванесса отложила в сторону камеру и пошла вслед за ними в ванну. В конце концов, это ее день рождения. Почему бы и нет?

Может быть, потому, что боль будет адской?

Б И Н

Нянечка по имени Миртл, жившая в комнате вместе с горничной, была нанята специально для присмотра за Йель. Но стоило Блер услышать плач, как она тут же влетала в детскую и гладила лысую головку, пока малышка не утихала. Блер делала это с таким постоянством, что няня в конце концов перестала реагировать на плач, доносившийся по бэйби-монитору. Ведь за этим тут же следовало мурлыканье Блер: «Кто тут моя маленькая принцесса?» До этого родные и не догадывались, что Блер способна на такое.

Впрочем, сегодня няне пришлось-таки выполнять свою работу, потому что Блер шла гулять.

— Я вернусь через два часа, — пообещала она своей крошечной сестричке.

Такси высадило ее в той части Бродвея в Уильямсберге, для описания которой достаточно одного слова: убожество. Тротуар был усыпан мусором, а каждая дверь обрисована граффити. Наверное, эта бритоголовая ненормальная Ванесса и ее сестра считали, что жить Б подобном месте было урбанистично, жестко и круто, но Блер вполне могла обойтись без урбанистики, жесткости и крутизны, всем спасибо, все свободны. Пятой авеню было вполне достаточно.

Блер поднялась на облепленную голубиным пометом бетонную плиту, служившую ступенькой, и позвонила в квартиру Ванессы. Ни ответа ни привета. Она позвонила еще раз. Опять без толку. Ну и что ей теперь делать?

—Думаю, они не запирали, — произнес знакомый голос.

Блер обернулась и увидела перед собой Нейта. Вот они и встретились. Лицом к лицу. В Бруклине, что самое невероятное.

Будто это не ради него она вообще пошла на эту вечеринку.

—Я только заехала посмотреть, кто здесь. Я не могу оставаться надолго, — выпалила она. Нейт выглядел немного уставшим и взъерошенным, причем это придавало ему некоторой привлекательности. Словно он задремал в одежде. Собственно, он выглядел именно так, как она себя чувствовала.

— Я тоже, — сказал он, разглядывая ее своими блестящими зелеными глазами. — Ты хорошо выглядишь. Мне... мне нравятся твои волосы.

Блер провела рукой по волосам. Он был единственным человеком в целом мире, который заметил, что они стали чуточку темнее.

—Спасибо, — ответила она.

—Как дела дома, ну, там, ребенок и все такое? — спросил Нейт. Он опустил руки в карманы, словно не знал, куда бы их пристроить.

Кто-то выкинул бутылку водки из окна, и она разбилась о тротуар всего в двадцати шагах от них. Блер спустилась с бетонной плиты. Она не собиралась идти наверх, не сейчас.

—Йель... — Ее голос оборвался, она никак не могла подобрать правильные слова, чтобы описать свою маленькую сестричку. — Она идеальная, — наконец произнесла она.

Во взгляде Блер появилось счастливое сияние, которого раньше не было.

—Я бы хотел познакомиться с ней как-нибудь, — сказал Нейт.

Блер дотронулась до его руки. Что им делать на вечеринке в Бруклине, на которую они оба не хотели идти?

—Идем, сейчас.

Как только Блер произнесла это, подъехало такси, и из него вышли Серена, Дженни, Эллис и два парня в одинаковых бананово-желтых костюмах «Дольче и Габбана». Следом появилась еще одна машина, на которой приехали четыре модели в нарядах, как у Кармен Миранды, и головных уборах в виде фруктовых чаш. За этой машиной подъехало еще одно такси, полное моделей, а затем появились «Рейве» — да, вся группа, минус фронтмен, который только что покинул их.

—Наш «хаммер»-лимузин поломался, и нам пришлось добираться на такси, — радостно хохоча, объяснила Дженни.

Блер сжала руку Нейта и подтолкнула его в сторону первого пустого такси.

—Идем, — сказала она.

— Вы двое, будьте паиньками, — подмигнула им Серена, когда они забирались на заднее сиденье.

Блер улыбнулась и расслабилась. Нога Нейта прикасалась к ее ноге, и все ее тело горело от его тепла. Она чувствовала себя как Сэнди в фильме «Бриолин», когда она и Дэнни улетают в небо на нафаршированной тачке, оставляя всех остальных на школьном празднике. У Блер никогда не возникало сомнений насчет того, чем Сэнди и Дэнни собирались заняться дальше, учитывая те черные виниловые леггинсы на Сэнди и все такое. Он не мог оторвать от нее рук.

«Ты — все, что я хочу, — йоу, йоу, йоу, детка!»

Рука Нейта скользнула между коленей Блер. Убирать ее оттуда он явно не собирался.

О, а жизнь налаживается.

ДЖ ПУТЕШЕСТВУЕТ СО СВИТОЙ

Дэн с трудом узнал свою сестру. Они с Сереной ворвались на вечеринку, разодетые, как кинозвезды, в одинаковых леггинсах в бирюзово-черную полоску, белых ботильонах и бирюзовых кожаных жилетах. Их волосы были уложены, на глазах — накладные ресницы, а губы накрашены ярко-розовой помадой.

Что-то между подружками байкеров из восьмидесятых и отрядом «Стиляги».

Но что еще лучше, их сопровождал полный состав моделей и прочего богемного народа со съемки, а кроме того, члены очень клевой новой группы под названием «Рэйве». Эллис тоже была среди них, одетая в оранжевый комбинезон, который подарил ей Джонатан Джойс. Это была награда за то, что она была такой лапочкой во время съемки.

Дженни подлетела к Дэну и поцеловала его в щеку.

—С днем рождения! — закричала она, хотя прекрасно знала, что это не его день рождения. Сегодня она наслаждалась жизнью по полной и источала адреналин. — Где же Ванесса?

Дэн всунул в рот свою девяностую сигарету за этот вечер и. быстро прикурил.

—В ванной, делает пирсинг, — ответил он с горечью в голосе.

—Ого! — Дженни вновь чмокнула его в щеку. — Здесь клево!

В гостиной «Рэйве» начали расставлять свое оборудование. К Дженни подошла Эллис, намереваясь утащить ее от Дэна.

—Если ты простишь нас, Дэниэл, я бы хотела кое-что показать Дженнифер, — сказала она и схватила Дженни за локоть. — Ты должна это увидеть. В кладовке.

Она случайно не о двух маленьких зверушках, занимающихся чем-то очень пушистым?

Дэн не понимал, почему он так нервничает. С Дженни все было в полном порядке. Вот вам и разница между четырнадцатью и восемнадцатью. Когда тебе четырнадцать, что-то, что кажется концом света сегодня, завтра совершенно забудется. Когда тебе восемнадцать, твоя жизнь гораздо ближе к своему финалу.

Ох, да ладно! Ему еще нет восемнадцати!

Группа начала играть, и народ в комнате сразу задвигался. В последний час гости прибывали сплошным потоком, и теперь квартира быпа забита детками из всех частных школ Манхэттена. Теперь, когда они были В двух шагах от выпуска, не имело никакого значения, знали они Ванессу или нет. Только дайте им повод посходить с ума, как они будут тут как тут, Дэн был не в настроении для танцев или для того, чтобы сходить с ума. Вместо этого он решил напиться. Зайдя в гостиную, Дэн взял бутылку «Грей Гуз» из полупустой сумки Тиффани и присел у стены, чтобы пить и наблюдать за группой одновременно. Чак Басс танцевал с девушкой из Джорджтауна. Ее только что проколотый пупок был заклеен лейкопластырем, а на шее висел металлический свисток, постоянно подпрыгивавший и бивший ее по невероятно курносому носу.

Учитывая, кто был ее партнером по танцу, этот свисток ей очень даже пригодится.

Когда Дэн размышлял об этом, к нему подошла девушка в армейской форме, в шлеме и с солдатским жетоном.

— Ты видел Блер Уолдорф? — спросила она, отдав Дэну честь.

Дэн покачал головой и сделал большой глоток водки. Он точно не знал, каким образом это выплывет, но его личное сумасшествие было не за горами.




447554824.html
448554824.html
449554824.html
450554824.html
451554824.html
    PR.RU™